Все новости

Защита Балжаларского: фамилия краснокамского бухгалтера гремела на весь СССР



За свою 80-летнюю историю Краснокамск стал для многих поколений настоящим перекрестком человеческих судеб. Комсомольцы и спецпереселенцы, ссыльные и эвакуированные, люди, приехавшие по зову души и партии, и те, кто оказался здесь случайно, - каких только историй не хранят городские архивы! В том числе - повествования о судьбах поистине замечательных людей, оставивших глубокий след не только в истории города, но и страны. 

Среди них - судьба работника бухгалтерии комбината Сергея Николаевича Балжаларского - легендарного мастера спорта по шашкам. К сожалению, сегодня это имя помнят только фанатичные поклонники шашек и самые преданные ученики. Но когда-то фамилия Балжаларского гремела на весь Союз…

Шашки всегда были для России игрой истинно народной. До сих пор вся русская шашечная терминология носит несколько лукавый, простонародный характер: «кол», «тычок», «косяк», «решето», «поддача», «любки»... Их любили все - от мастеровых до Пушкина и Державина, от скромного чиновника до громогласного пролетарского поэта.

Однако настоящая шашечно-шахматная эпидемия накрыла страну в 20-е годы ХХ века: новые средства связи и виды транспорта сделали игроков мобильными, а мирные игры - по-настоящему азартными. Постаралась и пропаганда, ведь советский человек должен был быть гармоничен во всем:  утро он проводит у станка, а вечер - за шахматным столом! 

В 1926 году в киношке вертели эксцентрический фильм «Шахматная лихорадка», а в моду спешно входили шахматные кепки, шарфы и носочки. О шашках и шахматах пели песни и сочиняли стихи, шашечные отделы открывались во всех газетах, включая «Правду» и производственные листки. Вместе с шахматами набирали силу и шашки: они были проще, доступнее и вроде бы не требовали усилий. Но очень уж захватывали! 

В Симферополе за неимением доски шашечные клетки вырезали на деревянных скамейках, рисовали на песке... Цветущий, светлый, пахнущий солнцем город летом наводняли мальчишки - тоже любители шашек. И среди сорванцов и педантичных отличников особенно выделялся худой, задумчивый мальчик с длинной фамилией Балжаларский. Впрочем, в Крыму, заселенном тогда буквально тысячью наций, на это никто не обращал особенного внимания. 

Фамилия как фамилия, мальчик как мальчик. Только играл он действительно здорово, неторопливо, шаг за шагом раскрывая комбинации, которые брал как будто из воздуха. А родился Сережа Балжаларский - будущий мастер спорта - в 1914 году в самой обычной симферопольской семье. Длинная фамилия переводилась просто - «родом болгарин», «из болгар».
 
Сергей отлично учился и продолжал играть в шашки, в 17 лет добившись чемпионства среди школьников. Незаурядного юношу приметили мастера: Балжаларский начал принимать участие в областных турнирах, а чуть позже покорил и всесоюзную арену. В финале чемпионата ВЦСПС 1938 года Сергей поделил 3-5 места с Гиляровым и Бурковским. В этом же году ему присваивают почетное звание мастера спорта СССР. 

В этот период Балжаларский играет со знаменитостями - Блиндером, Соковым, Тимковским. Но на лаврах почивать не собирается, уделяя внимание не только чемпионатам, но и композиции: как писали в тогдашних журналах, «составленные Балжаларским этюды искрометны, изящны и всегда достойны самых высоких оценок». Жизнь шла ровно, развиваясь неторопливо и верно, словно классическая партия на шашечной доске...

А потом грянула война. Вместе с комитетом по физической культуре Балжаларский эвакуироваться не смог - заболел туберкулезом. И здесь в жизнь скромного мастера спорта вмешались Эрих фон Манштейн и Иосиф Сталин. Первый - известный автор военных комбинаций - в 1942 году занял Симферополь, двигаясь на Ростов. И цветущая родина Сергея превратилась в зону оккупации.

Через два года вермахтом в Симферополе уже и не пахло, но надвигалась другая гроза: депортация крымских народов как «возможных пособников фашизма». 2 июня 1944 года Сталин подписал постановление ГКО №5984, согласно которому всех болгар, греков и армян предписывалось вывезти из Крыма и направить в Сибирь и на Урал. В ссылке оказалось 16 тысяч греков, 12,5 тысячи болгар и 10 тысяч армян. Как предполагают историки, таким маневром Сталин хотел зачистить плацдарм для будущей войны с Турцией...
  
«Обвинение: Болгары». Это из дела Балжаларского в базе данных «Жертвы политического террора в СССР» прикамского УВД. Обвинение состояло... в национальности. Сергей Балжаларский - самый обычный советский человек, подававший надежды спортсмен - был оторван от корней, от всего, что любил и чем жил, только потому, что по рождению принадлежал к «заочно виновной» нации! 

НКВД переселял крымчан быстро и жестко: везли как скот в товарных вагонах, с минимумом вещей, с огромными семьями. Сергей с женой и сестрой попал в Молотовскую область, в Соликамск. Жили в бараках-соломитах, в условиях спецпоселения, под охраной. И жили дружно - языки всех наций перемешались. Все понимали друг друга с полуслова, пытались друг друга поддержать - сказалась древняя привычка гонимых к взаимопомощи.
 
После войны и смерти «отца народов» стало немного полегче. Сергей Николаевич смог устроиться на Камский комбинат - правда, семью пришлось все-таки оставить в Соликамске. Он служил в бухгалтерии и снова начал играть в шашки. Вел игры по переписке, разыгрывал сложные этюды, которыми нередко увлекал сослуживцев. Тянулась к простым и занимательным шашкам и жадная до знаний молодежь. 

Как вспоминают его ученики, всю жизнь Балжаларский оставался человеком очень тихим и замкнутым - словно хотел остаться в одиночестве, спрятаться в свою скорлупу. 
Быть может, потому, что в его голове упрямо звучал вопрос: за что? Для чего его жизнь была сломана?

Быть может, и его всегдашнее молчание и самая страсть к шашкам стали своего рода желанием спрятаться, замереть, затихнуть. Война была безумием, репрессиями двигала нерассуждающая логика машины. А шашки оставались понятными, гармоничными, человечными...
 
Быть может, именно в это время иногда он с печальной иронией вспоминал свой юношеский взлет и партию со знаменитым Блиндером. Партию, в которой белые Балжаларского проигрывали при любом положении. Много лет над этой комбинацией бились знаменитые шашисты мира, и только с появлением ЭВМ был найден очень сложный путь защиты.

Примерно в это время - в 80-е - в шашечном журнале выйдет небольшая статья под грустно-символичным названием «Балжаларский мог спастись». В романе Набокова «Защита Лужина» мир шахмат губит оторванного от реальности героя. А Балжаларского шашки спасли: репрессии его не задели только переселением, а увлечение игрой вернуло к активной общественной деятельности.

В 1955 году Сергей Николаевич с успехом участвует в соревнованиях по международным шашкам, в 1956 году становится вторым в первенстве республики, в 1958 году занимает четвертое место. Больших успехов добивается Балжаларский и в заочных соревнованиях по международным шашкам. 

В 1970 году во втором чемпионате РСФСР он становится победителем. Участвует и в чемпионатах СССР. И все это время он - яркий пропагандист шашек: ведет специальный отдел в областной газете «Звезда», выступает с лекциями и сеансами одновременной игры. 

В 1970 году ударник коммунистического труда Сергей Николаевич Балжаларский награжден медалью «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина». Его имя заносится на аллею трудовой славы в честь 50-летия СССР «за высокие показатели в социалистическом соревновании и общественную работу». Советское государство как будто торопилось осыпать его почестями и наградами, словно хотело рассчитаться за прежнее. 

Награды все были парадные, громкие, но, несомненно, - абсолютно заслуженные, ведь шашечному делу и пропаганде шашек Сергей Балжаларский отдал практически всю свою жизнь... Но в 1989 году шашечный мастер попал под сокращение, пережил тяжелый инсульт и через несколько месяцев тихо скончался. Так завершилась еще одна эпоха в жизни большого человека и маленького уральского города. 

Вспоминает Сергей Евгеньевич Писарев, кандидат в мастера спорта, ученик Сергея Балжаларского:

- Я работал механиком машиносчетной станции, а затем - инженером электроники при АСУП. Работал на комбинате, потом - на заводе металлических сеток. В шашки играл с самого детства, сначала по переписке, потом - в настоящих играх. Как увлекся игрой - точно уже не помню, но, возможно, определенную роль сыграл пример отца, который руководил сначала отделением Осоавиахима, а потом трудился на заводе. Шашки и познакомили меня с Балжаларским - всегда тихим, доброжелательным, очень серьезным человеком. 

Авторитетом у нас, любителей шашек, он пользовался огромным. Когда Балжаларский чувствовал, что ученик проигрывает, он старался не просто подсказать, но научить самостоятельно искать выход из любого положения, пояснял композицию на примере своих игр с Блиндером, Рустамовым, Городецким. И постепенно из учеников Балжаларского собралась большая команда, которая стала участвовать в городских и областных турнирах, а потом дошла и до международного уровня.
 
Под руководством Балжаларского я получил разряд «кандидат в мастера спорта», стал секретарем чемпионатов и параллельно с основной работой одиннадцать лет вел шахматный кружок в клубе «Дружба», который четыре раза становился победителем чемпионатов. Кстати, по примеру Балжаларского, который вел шашечный отдел в областной газете «Звезда», я вел такой же отдел в районной «Краснокамке»: здесь с помощью редактора Анатолия Шатрова в редакции устраивались сеансы одновременной игры между гроссмейстером и читателями. Интересное было время! 

Елена Гирко
На снимке: Краснокамские шашисты на 23-й творческой встрече клубов Соликамского и Камского бумкомбинатов. Пятый слева в среднем ряду Сергей Балжаларский, рядом Сергей Писарев. Фото из архива Сергея Писарева.