Все новости

Пенсионерка с семью классами образования выучила арабский язык, чтобы читать Коран



Люция Кирамова родилась в маленькой деревне Агрызского района советской Татарии. Отец ушел из семьи сразу же после рождения ребенка, а мать, оставив пятимесячную доченьку на попечение бабушки, уехала на заработки в Ижевск. Так и осталась девочка с бабушкой и дедушкой – муллой маленькой деревенской мечети. С самого детства в ее душе росла вера во все самое лучшее и почитание Всевышнего.

Между тем жизнь продолжалась. Девочка подрастала и в первый класс пошла в соседнюю деревню за 7 километров от дома. Весну и осень ребята каждый день пешком преодолевали это расстояние, а на зиму их поселяли в пришкольном интернате. Конечно, длительное пребывание на улице, да еще без соответствующей одежды, не могло  не сказаться на здоровье. Люция часто болела. 

В 1962 году Люция Кирамовна приехала к старшему брату в Пермскую область - в Краснокамск, пора было начинать самостоятельную жизнь - ей исполнилось 14 лет. Паспорт она еще не получила, но все-таки устроилась работать почтальоном, а затем нянечкой в детском саду. Достигнув 16-летия, съездила в родную деревню, получила паспорт и вернулась в Пермский край уже навсегда. Кстати, именно в это время она увидела свою маму.
 
- Я пришла к своему дяде, - вспоминает Люция Кирамовна. - Там была какая-то женщина, у которой дядя спросил: «А ты не знаешь ли эту девушку?» Та ответила: «Наверное, твоя сестренка?» - «Твоя дочь!» - последовал ответ. Мать начала плакать, просить у меня прощения, рассказывать, как трудно сложилась ее жизнь. Честно сказать, я не испытывала к ней никаких чувств, ведь только бабушка была мне настоящей мамой. Потом, уже когда я осела в Краснокамске, она дважды приезжала ко мне. Я работала и купила ей всю новую одежду - это все, что могла для нее сделать. В душе я никогда не считала ее своей родней.
 
- Как же вы познакомились со своим мужем? 
- Очень просто, - улыбается Люция Кирамовна. – Я снимала комнату в квартире его матери. Увидела его не сразу, он не часто бывал дома, работал на ЦБК техником-строителем. Как-то пришел, и мы встретились. Высокий, стройный, интеллигентный и образованный, Ахматхан мне сразу понравился. Я в молодости тоже красивая была, веселая, песни пела, видно, и ему пришлась по душе. Так и стали жить вместе. Работала я тогда на мясокомбинате аппаратчиком в перерабатывающем цехе. Работа тяжелая, по сменам. А что уж тут пенять, образования-то у меня, кроме 7 классов, и не было никакого. А в 1973 году пришла работать на Камский целлюлозно-бумажный комбинат выгрузчицей извести. Так и проработала на этом месте 25 лет. На первом же году меня наградили знаком «Победитель социалистического соревнования», а в 1976 году я стала ударником коммунистического труда. Работала всегда не за страх, а за совесть. Мужчины - а я всегда работала среди них - меня уважали и слушались, никто никогда не обидел. 

- Вернемся к вашим отношениям.
- Мы с мужем прожили долгую, хорошую жизнь - 52 года. Понимали друг друга, он на меня никогда руку не поднимал. К сожалению, детей у нас родить не получилось, видно, сказалось мое слабое здоровье. Поэтому мы всегда были вдвоем. Ахматхан был для меня всем. А еще - вера во Всевышнего. Когда я вышла на пенсию, в 52 года стала ходить в мечеть. Правда, и мечетью-то это помещение назвать было нельзя - бывший старый детский сад. Мы, прихожане, сделали в нем ремонт, чтобы там можно было собираться всем верующим. А в 1997 году нам выделили место для строительства настоящей мечети. Хотя и было там болото, мы радовались. Сколько кирпичей я перетаскала в своих руках - и не сосчитать. Да все - и мужчины, и женщины - приходили на строительство в любую свободную минуту. В 1998 году мечеть была построена, и наш мулла Мубарак Байрамов прочитал первую молитву. Я была в мечети и казначеем, и бухгалтером. Порой, уйдя с утра, возвращалась домой поздно вечером. Муж никогда не ругался, понимал меня, даже еду сам готовил. А мне вдруг захотелось выучить арабский язык. Купила букварь, книгу с правилами. Посмотрела на буквы, думаю - одни «макароны», как же буду читать? Желание было слишком велико, два года я учила арабскую вязь, запоминала правила - без этого читать не научишься. А потом пошла к мулле и с его помощью прочитала первые строки Корана.
 
Люция Кирамовна берет в руки священную книгу и начинает читать первую суру. Слова, плавно перетекая одно в другое, превращаются в песнопение, и даже без перевода понятно, что это обращение к высшим духовным силам. Закончив чтение, она продолжает:
 
- Два года назад Ахматхан ушел из жизни. Мне было очень тяжело, как будто лишилась половины тела. Меня тогда спасли родственники и знакомые, которые постоянно звонили по телефону и разговаривали со мной, а также телевизор и молитвы. За всеми этими занятиями незаметно проходили дни. Боль не то чтобы ушла, но отодвинулась куда-то в глубину. Я снова живу полной жизнью. Очень много читаю, особенно на арабском. С удовольствием общаюсь с внуками, работаю в мечети, хожу по знакомым. Жизнь продолжается дальше. 

Радушная хозяйка приглашает меня на кухню. Тут уже кипит чайник. На столе варенье, мед и вкуснейшие блины, которые мы запиваем крепким чаем с молоком. Люция Кирамовна, успокоившись, снова улыбается:
 
- Тут как-то обратила внимание на люстру в комнате - нужно освежить. А что: я еще при силах - взобралась на стол, сняла ее и привела в порядок. Теперь смотрю - надо бы обои в комнате поменять. Конечно, возраст дает о себе знать, тут уж ничего не поделаешь. Но раскисать нельзя. Впереди еще много интересного.

Каждый день Люции Кирамовны Кирамовой расписан буквально по минутам. В нем есть время и для похода в магазин, и для общения с родственниками, и для пятикратной молитвы Господу, которому она служит бескорыстно. Потому что точно знает: чтобы жить в гармонии с собой и миром, надо знать и исполнять духовные законы. 

Татьяна Какорина
на фото: Люция Кирамова  с  внучатой племянницей Сашей.