Все новости

Центр или глубинка: кто убийцами гордится, кто к кипенью жизни тянется

78 процентов жителей городов-миллионников и мегаполисов живет в состоянии затяжного психоэмоционального стресса: депрессия, тревожность, алкоголь, синдром выгорания, избыточная агрессия. Ритм жизни жителя малого города или деревни - более размеренный. О плюсах и минусах жизни в глубинке и столицах размышляют журналисты «Краснокамской звезды».

Наталья Котова: Большой город подобен большому кораблю...
 

А большому кораблю, как известно, большое плавание. Потому я никогда не любила города маленькие. С их постоянным набором одних и тех же лиц. Со сплетнями и пересудами, наконец!

По молодости так вышло, что мне после учебы в Екатеринбурге пришлось пожить и поработать в небольшом городишке Свердловской области - в Алапаевске. Как гордо именовали его тогда сами алапаевцы - «город первых Советов на Урале».

Там расстреляли в 1918 году членов царской семьи: великих князей Константиновичей (Игоря, Константина и Ивана), великого князя Сергея Михайловича и князя Палея. Не пощадили алапаевские революционеры и женщин - великую княгиню Елизавету Федоровну (старшую сестру царицы и жену великого князя Сергея Александровича) и сопровождавшую ее инокиню Варвару.

Всех сбросили в шахту на окраине и закидали гранатами.

Ну и довольно бы об этом. Но алапаевцы в 80-е годы прошлого столетия очень гордились тем, что причастны к великим расстрелам (не одним же свердловчанам в героях-цареубийцах ходить с их Ипатьевским домом).

И помню, как местный мужичок с пеной у рта доказывал мне, что убийство безоружных людей сделало Алапаевск чуть ли не спасителем России. А то, дескать, поднял бы Колчак, который занял вскоре городок, на щит «князей этих всяких, и никогда бы не зажила наша страна счастливо»…

Не знаю, как страна, а Алапаевск жил бедненько, и не сказать, чтобы счастливо. Мужики пили, многие побивали своих жен (это называлось «поучить бабу»), а бабы после громко жаловались соседкам-подругам. И, поскольку городок маленький, все знали про всех все.

То есть абсолютно! Вплоть до того, что батюшка «не такой ориентации, но хороший же человек». Прихожанки сравнивали единственного в городе священника с великим композитором Чайковским («потому что поет хорошо»).

Не знаю, хорошо ли пел Петр Ильич, но знаю, что целый год своей жизни, с 9 до 10 лет, он провел, как сам писал позже, «в противной Алапаихе». Тоже, видимо, не сильно жаловал маленькие города.

Когда же я там проживала, домик, где обитала в 1849 году семья Чайковского, стоял с наглухо забитыми окнами. И никакого пиетета к нему у народа не замечалось. Сейчас, правда, ради интереса нашла сайт Алапаевска и с удивлением прочитала: «Над Алапаевском витает дух Чайковского». Прям подпрыгнула с вопросом: «И давно?..»

Ну это так, штрихи к портрету маленького городка с населением чуть больше 30 тысяч человек. Помню, с каким ощущением освобождения драпала я оттуда в Свердловск. Чтоб никогда не возвращаться.

Да, в городах-миллионниках иной раз утомляют шум, звуки и запахи большого города, загрязненность. Но, помимо урбанистических издержек, жизнь в людских муравейниках имеет множество преимуществ.

Во-первых, больше вариантов для трудоустройства. И даже если у тебя образование - 11 классов, это не отменяет возможности сделать хорошую карьеру в мегаполисе.

Про более высокую зарплату в большом городе напоминать не стоит, потому что это утверждение - факт. Тенденции прослеживаются четко: в столице больше шансов найти высокооплачиваемую работу.

Перспективы карьерного роста и самореализации вытекают сразу из первых двух утверждений. И, кстати, именно у провинциальных жителей отлично получается достичь огромных высот в карьере.

Я так думаю: страх возврата в маленькие города подхлестывает их. И потому люди из кожи вон лезут, дабы закрепиться в столице. Только не назад! Где на улицу выходишь, словно голый. И это ужасно неприятно. Где о каждом твоем вздохе, шаге, шорохе знают все и, более того, бурно обсуждают.

Так что самое главное преимущество большого города - свобода! Ты предоставлен сам себе. Ты всего лишь маленькая песчинка, одна из миллионов, и на тебя никто не обращает внимания. И это, поверьте, и есть самое настоящее счастье!

Татьяна Какорина: Еще в советские времена мы жили на московской окраине...
 

Пока я училась в школе, было спокойно, ведь многочисленные приезжие почти не добирались до наших магазинов. А вот дальше - институт на огромном Ленинском проспекте, куда надо было добираться на автобусе и метро.

Вечная давка и спешка. Не говоря уже об оторванных пуговицах и чужих запахах, казалось, намертво прилипших к одежде.

И еще одна неприятность, запомнившаяся с того времени, - отсутствие даже хлеба, не говоря уже о молоке или колбасе, в центральных магазинах по вечерам. Точно такая же обстановка сложилась, когда я начала работать: «биткобусы», пустые полки вечерних магазинов и дочь, оставшаяся одна в группе детского сада.

Но и эти неприятности меркнут на фоне равнодушия и даже жестокости, царящих в большом городе. В памяти навсегда осталась картинка: мне лет 12, мы с мамой идем в толчее по улице Горького (сегодня Тверская), вдруг ей становится плохо, и она падает.

Мимо нас продолжает течь людской поток. Большинство, скорее всего, даже не видит лежащую на асфальте женщину. И только когда я заорала каким-то страшным первобытным ревом, кто-то остановился и побежал к ближайшему телефону-автомату, чтобы вызвать скорую.

Совсем другое дело в маленьких городах. В них живет душа, добросердечие и бесконечное всетерпение нашего народа. Здесь не пройдут мимо человека - может быть, даже из любопытства, но мне кажется, скорее по доброте душевной.

Здесь нет крутых машин и смотрящих равнодушным и даже презрительным взглядом «золотых» мальчиков и девочек. Здесь сильнее традиции и крепче отношения.

И вот я, столичный житель, решила круто изменить свою судьбу и уехала на Север в небольшой (по московским меркам) город с 300-тысячным населением. Боже мой! Какое счастье и удовольствие я испытала, бродя по бетонным (асфальта еще не было!) улицам нефтяной столицы Самотлора.

Здесь можно было спокойно остановиться посреди тротуара, и никто не толкал тебя, торопясь обогнать. На импровизированном пляже на берегу Оби отдыхало всего несколько человек! И были они такого шикарного шоколадного цвета, что мне - бледной поганке - даже стыдно стало раздеться.

Только потом я узнала, что северный загар держится весь год и гораздо полезнее южного. А за городом шумела тайга, до которой доезжал рейсовый автобус. Среди елей и кедров можно было ходить весь день, не встретив ни одного человека! Это вам не парковый лес в Подмосковье, вытоптанный многими тысячами ног.

А я еще не видела множества нереально голубых озер, не сходила на фантастическую рыбалку, не познакомилась с северянами - грубоватыми, но открытыми и дружелюбными.

Много чего я тогда еще не видела и не знала. Но готова была терпеть и песок, проникающий всюду, и курицу с головой и лапами, которую надо было уметь разделать… ради возможности бродить вечерами по свободным улицам и знакомиться с не изученными пока уголками города.

Он был абсолютно не похож на чванливую столицу. Кстати, здесь было неожиданно много детей. И через некоторое время многие лица стали знакомыми. Даже если мы не здоровались друг с другом, то, встретившись взглядами, искренне улыбались.

Здесь никогда не брали денег, если подвозили из одного микрорайона в другой. Проходящий мужчина запросто помогал донести тяжелые сумки. А в автобусах всегда уступали место. Это было здорово! Город кипел энергией молодости! Здесь жили все свои.

Я полюбила этот город, утреннюю бодрую походку жителей, вахтовые автобусы, минус 40 зимой и плюс 30 летом, поездки за грибами, ягодами и шишками, которых набирались ведра и мешки.

На гастроли к нам то и дело приезжали все известные театральные и эстрадные звезды, мы не испытывали культурного голода, скорее, были ими пресыщены. В отпуск мы, конечно, уезжали на моря и в большие города.

Но всегда с радостью возвращались обратно. Когда пришла пора уступить свои рабочие места молодежи, мы выбрали для жительства тоже маленький город под Пермью - Краснокамск. И ни разу об этом не пожалели!